История участия общества ŠKODA в ядерной энергетике
Начало и история участия заводов Škoda в развитии атомной энергетики Чешской и Словацкой Республики
Начало пятидесятых годов принесло неожиданное движение в области атомной энергетики. Между тем, ситуация в ядерной области приняла неожиданный международный оборот. В конце 1953 года президент США Дуайт Эйзенхауэр предложил советскому правительству проект по организации международного сотрудничества при использовании атомной энергии в мирных целях. В результате этой программы, получившей название «Атом для мира», быстро последовал целый ряд событий, которые в значительной мере повлияли на развитие ядерного машиностроения во всем мире, в нашей республике и, в частности, в пльзеньских заводах Škoda. В 1954 году Генеральная Ассамблея ООН приняла постановление о проведении в Женеве Первой международной конференции по атомной энергии. Еще перед этой конференцией советское правительство предложило своим союзникам организовать сотрудничество в области использования атомной энергии в мирных целях. Уже в июне 1955 года был подписан договор между СССР и ЧСР, на основании которого у нас, в рекордно короткий срок двух лет, был построен и введен в строй первый исследовательский реактор в Ржеже мощностью 2000 кВт, а затем и циклотрон, мощность которого достигала 25 МэВ. Быстрота и оперативность развития атомной науки и техники в ЧСР на этом первом этапе удивляют нас до настоящего времени. Уже в 1955 году было принято решение построить новый Институт ядерной физики в г. Ржеж и был создан Факультет технической и ядерной физики, который начал свою деятельность в начале 1956 года.
Не прошло и года после заключения договора о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, как в марте 1956 года СССР и ЧСР заключили договор об оказании помощи при строительстве первой чехословацкой атомной электростанции A-1, для которой был выбран тяжеловодный реактор, охлаждаемый CO2. На основании данного договора во многих чехословацких организациях и предприятиях, имевших отношение к атомной энергетике, по сути, спонтанно, начали создаваться коллективы специалистов, многие из которых были выпускниками вышеупомянутых годовых курсов при Факультете технической и ядерной физики. Помимо прочих, следует назвать такие организации как Škoda Plzeň, EGP, ČKD Praha, EGU, Государственная комиссия по вопросам планирования и другие организации. Благодаря многолетнему опыту в отрасли энергетического машиностроения и обширной научно-технической базе, и, в особенности, благодаря дальновидности и организационным способностям главного инженера заводов Škoda в Пльзене господина Иосифа Гауера, заводы Škoda с самого начала заняли ведущую позицию при подготовке строительства первой чехословацкой атомной электростанции A-1. Осенью 1957 года специализированная группа, во главе которой стоял инженер Иосиф Гауер, уже насчитывала более ста человек, из них несколько десятков специалистов были откомандированы в СССР в организации, поверенные научным руководством и разработкой технического проекта реактора и первого контура атомной электростанции A-1.
Однако, уже через несколько месяцев стало ясно, что первоначальные представления о достигнутом в советских организациях уровне разработок энергетического реактора типа A-1 и об объеме предполагаемых поставок из СССР для A-1, исходя из которых заключался договор о сотрудничестве при строительстве АЭС A-1 и намечался ввод электростанции в эксплуатацию уже в 1960 году, были совершенно нереальными. После нескольких встреч руководящих работников заводов Škoda, главным образом из т.н. «Экспертизы Технического проекта А-1», состоявшихся в СССР при участии большого количества чехословацких и советских специалистов, стало ясно, что наше участие не ограничится технологическим освоением готовой технической и производственной документации, и что потребуются крупномасштабные научно-технические исследования и разработки. Однако такой оборот событий означал не только увеличение требований к проекту с точки зрения затрат времени и финансовых средств, но и необходимость создать специализированную научно-техническую базу. В этой ситуации наши центральные государственные органы потеряли свой первоначальный энтузиазм в отношении ядерной энергетики, который и так базировался скорее на политических, чем на народнохозяйственных соображениях. Министр энергетики распустил все ядерные группы, кроме группы на заводах Škoda, которую, по его указанию, начал ликвидировать директор предприятия. И только в результате личного ходатайства инженера И. Гауера у премьер-министра, а в последующем и у первого секретаря ЦК КПЧ в феврале 1958 года, было принято решение не распускать, по крайней мере, ядерную группу на заводах Škoda и с ней связанные группы в энергетике. Это событие можно считать датой фактического начала ядерного машиностроения в ЧСР, а Иосифа Гауера – его основоположником.
Интенсивность работ на проекте A–1 в ЧССР возрастала, поэтому возникла необходимость дополнить научные и промышленные структуры системой специального высшего и среднего образования, промышленными испытательными станциями, было необходимо основать целые новые исследовательские отрасли, такие как тензометрия при высоких температурах, пространственные поляризационно-оптические измерения, исследования хрупкой прочности толстостенных сосудов, радиационного повреждения материалов конструкции и изолирующих материалов. Кроме этого, требовалось разработать новые технологические приемы вакуумной плавки стали, сварки стальных изделий экстремальной толщины, в особенности требовалось разработать способы неразрушающего контроля качества сварных соединений.
Рис. 1 - АЭС A-1 – Сварные работы на
сферической части корпуса реактора
В текущем порядке осуществлялся контроль важных компонентов на прототипах в масштабе 1:1 при номинальных рабочих условиях давления, температуры и среды. Это касалось, например, топливных кассет, механизмов регулирования, а также всей крышки корпуса реактора. Первые большие аналоговые и автоматические цифровые вычислительные машины у нас применялись именно для решения проблематики ядерного машиностроения. Сотрудничество промышленности с нашими и заграничными научными организациями приобрело небывалые масштабы.
Так как строительство A–1 осуществлялось со срывом сроков, еще перед сдачей АЭС эксплуатирующей организации начались работы по модернизации компонентов и узлов АЭС с тяжеловодным реактором большей мощности. Одновременно с этим, уже в 1970 году, с учетом нового мирового опыта в области атомной энергетики, которого еще не было в 1956 году при выборе тяжеловодного реактора для A–1, было принято решение развивать атомную энергетику в ЧССР на базе реакторов типа PWR или ВВЭР.
Рис. 2 - АЭС A-1 – Перегрузочная машина
в реакторном зале
После первого нефтяного кризиса настала ситуация, когда советские производственные мощности в ядерном машиностроении уже не могли удовлетворить возрастающий спрос на отечественном и заграничном рынках. Поэтому СССР в 1974 году обратился к ЧССР с просьбой об участии в производстве комплектов ядерного оборудования, предназначенного для производства пара. В первом случае речь шла о поставках для пяти блоков ВВЭР-440/В-213 до 1980 года, а после ввода в эксплуатацию первого собственного блока с ВВЭР-1000 – и на все строящиеся АЭС с реакторами типа ВВЭР-440/В-213. В дальнейшем это производство было расширено и на реакторы типа ВВЭР -1000.
Однако, такой объем производства ядерного оборудования было уже невозможно обеспечить в наших универсальных машиностроительных цехах того времени, так как для АЭС A-1 инвестиционное строительство, по существу, ограничилось научно-исследовательской базой, а производство оборудования для реакторов типа ВВЭР-440 первоначально вообще не планировалось. Поэтому производственные машиностроительные мощности в ЧССР еще в семидесятых годах были расширены посредством целевых инвестиций в сумме более 5 млрд. чешских крон, из них на заводах Škoda стоит упомянуть, например, «Реакторный цех» и производство механизмов регулирования в Болевце.
Карел ВАГНЕР, компания ŠKODA JS a.s.